Прямая почтовая реклама Рекламная игра. Заря
Июн 20

Пока штаб 4-й армии Короткова еще только заканчивал получение уже абсолютно бессмысленного и запоздалого приказа Наркома обороны, на Брест уже обрушился артиллерийский и авиационный удар.

Как это было: военный гарнизон Бреста в первый день войны

На фото — горящий Брест

Наиболее сильный удар пришелся на Северный и Южный военные городки, а также по крепости. Одновременно с артиллерийской подготовкой немецкая авиация произвела ряд массированных ударов по аэродромам 10-й смешанной авиадивизии полковника Н.К. Белова, штабам, узлам связи, складам. Для корректировки артиллерийского огня на участке Влодава-Семятиче немцы подняли аэростаты наблюдения.

В 3.20 войска вермахта первого эшелона начали форсирование Западного Буга. Еще до начала подготовки были захвачены мосты через реку.

Примерно в половине шестого утра командующий 4-й армией генерал А.А. Коробков сделал первый доклад в штаб ЗапОВО:

«Доношу: в 4.15 22.6.41 г. противник начал обстрел крепости Брест и района города Брест. Одновременно противник начал бомбардировку авиацией аэродромов Брест, Кобрин, Пружаны. К 6 часам артиллерийский обстрел усилился в районе Брест. Город горит. 42, 6-я и 75-я стрелковые и 22-я и 30-я танковые дивизии выходят в свои районы; о 49-й стрелковой дивизии данных нет. Штаб 28-го корпуса — Жабинка. Данных к 6 часам 30 минутам о форсировании противником р. Зап. Буг не имею. Штабом перехожу на запасный командный пункт — Буховиче. 22-я танковая дивизия под артиллерийским огнем в беспорядке вытягивается в свой район. Самолеты противника с 6 часов начали появляться группами по 3–9 самолетов, бомбили пружанскую дивизию, результаты неизвестны».

Как это было: военный гарнизон Бреста в первый день войны

на фото - Штаб 28-го корпуса

Как это было: военный гарнизон Бреста в первый день войны То, что творилось на территориях Северного и Южного городков иначе как избиением младенцев назвать нельзя. Горели казармы, горела техника, обезумевшие военные метались по расположениям частей не в силах что-либо предпринять. Как вспоминал потом рядовой Б.Л. Сивариновский, «то, что происходило на территории Южного городка, тяжело описать. Снаряды рвались в ангарах, где находились боевые танки, казармы были разрушены, горели дома». Бывший начальник штаба 4-й армии полковник Сандалов (на фото справа) писал, что Южный «городок, битком набитый боевой техникой и личным составом, спавшим на 3–4-ярусных нарах, располагался на ровной местности в 2,5 километра от государственной границы и представлял собой идеальную мишень для германской артиллерии. От ее ударов и налетов авиации в первые минуты погибли и получили ранения большое количество красноармейцев и членов семей командного состава. Было уничтожено более половины танков, артиллерии, автомашин, автоцистерн и мастерских. Загорелись, а затем взорвались артиллерийский склад и склад горюче-смазочных материалов».

Война началась так внезапно, что многие офицеры не успевали ничего сообразить. Как вспоминал тот же Сандалов, «начало артиллерийской подготовки противника этими войсками было воспринято как неожиданное начало учения с боевой стрельбой, а то, что снаряды начали рваться в их расположении, отнесли к халатности руководства учением и, чтобы обратить внимание на происшедшую «ошибку», с артиллерийского полигона подали сигналы: световые (ракетами) и звуковые (трубами). И только когда части уже понесли большие потери, командиры и войска поняли, что началась война. После этого часть подразделений 6-й стрелковой дивизии присоединилась к 75-й стрелковой дивизии, а остальные начали отход вместе с пешими подразделениями 22-й танковой дивизии на Радваничи.

… 204-й гаубичный полк, один дивизион которого имел конную тягу и два — механическую, вышел по боевой тревоге из своего городка в составе 33 орудий. Однако перейти р. Мухавец, чтобы, как намечалось по плану прикрытия, совместно с 84-м стрелковым полком дивизии оборонять район Бреста, удалось лишь нескольким батареям, так как мосты через реку оказались занятыми переправляющейся 22-й танковой дивизией. В ожидании возможности переправиться через реку полк понес большие потери от авиации противника».

Аналогичная ситуация наблюдалась в Северном городке. Вот что вспоминал затем бывший начальник штаба 246-го отдельного артиллерийского дивизиона лейтенант В.Е. Шевкунов: «... В артпарке большинство пушек, тягачей была разбита, частично сгорело, либо было повреждено. Завести автомашины (тягачи) и вывезти из артпарка пушки и приборы нам не удалось. Многие из водителей были убиты или ранены. Оставаться далее в Северном городке не было возможности, потому что создавалась реальная угроза окружения и плена. Быстро собрав живых и легкораненых в один отряд, мы с боем начали выходить из города в район сосредоточения».

Как это было: военный гарнизон Бреста в первый день войны

фото — пленные

 Только благодаря действиям отдельных командиров иногда удавалось вывести из под обстрела и сохранить часть военной техники и личный состав воинских частей. Как писал Сандалов, «части 28-го стрелкового корпуса, размещавшиеся в северном городке (на северной окраине Бреста), понесли значительно меньшие потери. 17-й гаубичный полк 42-й стрелковой дивизии был выведен из городка в составе двух дивизионов, а 447-й корпусной артиллерийский полк вывел 19 орудий с небольшим количеством боеприпасов, остальные боеприпасы, сосредоточенные в артиллерийском парке полка, были уничтожены артиллерийским огнем противника».

Как это было: военный гарнизон Бреста в первый день войны

на фото — казармы Северного городка

 Уже позднее командующий 28-м стрелковым корпусом генерал В.С. Попов в донесении Коробкову признавал полный провал всех планов по защите города: «Планомерный сбор и развертывание частей корпуса, предусмотренные красным пакетом, были сорваны».

В целом паника охватила большинство воинских частей города. Архивные документы зафиксировали полное пренебрежение ряда военных властей к своим обязанностям. Так, в отчете о деятельности подпольного горкома партии с 1941 по 1944 годов на вопросы простых мирных граждан: «Что нам делать?» упоминается равнодушный ответ со стороны военных властей: «Что хотите, то и делайте».

Как это было: военный гарнизон Бреста в первый день войны

на фото — ОБКОМ

Как это было: военный гарнизон Бреста в первый день войны Как это было: военный гарнизон Бреста в первый день войны На фоне неудачи военных властей, действия органов НКВД и НКГБ города выглядят почти образцовыми. В первые минуты войны в здании обкома партии находились начальник областного управления НКГБ А.А. Сергеев (на фото слева) вместе с начальником областного управления НКВД В.Г. Овчинниковым (на фото справа).

Позднее первым секретарем обкома партии Тупицыным (на фото слева ниже) они были направлены на свои места. Около 5 утра капитан Сергеев был ранен в голову и плечо подразделением немецких диверсантов, находившихся уже возле здания 28-го стрелкового корпуса (Леваневского, 1). Позднее раненого Сергеева вместе с семьями чекистов удалось вывезти из города на грузовике.Очевидно, что чекисты были лучше военных властей информированы о скором начале войны. Капитаном А.А. Сергеев буквально за несколько часов до начала войны были приняты меры к уничтожению или эвакуации секретных документов Управления НКГБ. Часть из них и была отправлена в Минск последним эшелоном 22 июня 1941 года.
Как это было: военный гарнизон Бреста в первый день войны
Как отмечал полковник органов КГБ Игорь Кез, «не все секретные материалы и документы были вывезены из Бреста. Около 3.00 часов ночи в Управление прибыли на грузовой автомашине офицеры и пограничники штаба 17-го погранотряда, которые доставили секретные материалы оперативного отдела штаба. Надеялись отправить их на Минск, но складывающаяся обстановка не позволила это сделать. АА. Сергеев дал команду сжечь документы в специальной печи в подвале Управления».

Как это было: военный гарнизон Бреста в первый день войны Тем не менее, многие, поистине бесценные, материалы достались немецким специалистам из абвера (разведка), которые, наверняка, потом благодарили своих советских коллег за такие подарки. Так помощник начальника абвера Вильгельма Канариса (на фото справа), Оскар Рейли позднее в своих воспоминаниях указывал на уникальные материалы, найденные в здании Управления: «Непосредственно после воздушного налета сотрудники коммандо III фронтовой разведки под командованием майора Т. вошли в город в передовых порядках наступающих войск и заняли здание НКВД. Капитан Д., участвовавший при этом, так описывает этот эпизод: «Когда мы вошли в здание НКВД и произвели осмотр, то нашли все так, как если бы служащие только что покинули свою контору. Письменные столы, сейфы, стулья – все стояло на своих местах. Я установил, что междугородная телефонная связь через коммутатор, расположенный в подвале, была не отключена. Телефонные штекеры еще воткнуты в коммутационные гнезда, и коммутационные лампочки продолжали гореть.

… В сейфах, вскрытых автогеном, мы, сверх ожидания, обнаружили множество секретного материала. Наше коммандо работало почти неделю, чтобы изъять и просмотреть все документы, найденные в НКВД… Подавляющее большинство материалов для анализа было отправлено в главное управление «Восток III» по фронтовой разведке, в так называемый «Штаб Вали». Но уже на месте мы смогли выудить много информации из советских секретных документов… Например, мы обнаружили красный список телефонных адресатов размером со спичечный коробок. В нем перечислялись все без исключения служебные телефоны в Кремле и домашние телефоны членов Советского правительства. Затем из изъятой секретной документации выяснились имена и адреса ведомых брест-литовским органом НКВД информаторов и агентов. Разумеется, мы сразу же стали их разыскивать, ибо из дел было также ясно, какие шпионские задания против Германии они выполняли и какие еще предстояло выполнять. В некоторых случаях розыск привел к успеху…

Из груды документов, представлявших интерес для Абвера, попавших мне тогда в руки, хорошо запомнилось дело, касавшееся одного офицера германской службы контршпионажа, а именно майора Фабиана, который перед войной служил в отделе Абвера в Бреслау. НКВД не однократно подсылал к нему агентов, но он ни на одного из них не клюнул. Поэтому НКВД ставил его в пример собственным офицерам и при этом особенно упирал на то, что на майора Фабиана не смогли повлиять ни с помощью алкоголя, ни соблазнить красивыми женщинами». Вероятно, что личные дела сотрудников органов безопасности и материалы, касающиеся непосредственно Бреста и области чекисты сумели эвакуировать на восток, либо уничтожить.

Как это было: военный гарнизон Бреста в первый день войны

Подбитый БА-3 РККА (пр-т Машерова)

 

Как это было: военный гарнизон Бреста в первый день войны

Советские пленные

По схожему сценарию развивалась ситуация в городской тюрьме. Как докладывал позднее своему руководству начальник тюрьмы Шафоростов, «22 июня 1941 года в 4 часа утра артиллерийский обстрел города с немецкой территории, одновременно с этим в городе появились самолеты, и началась бомбежка с воздуха. Под прикрытием артиллерийского огня через реку Буг в одном километре от города переправилась пехота и начала наступление. Зажигательными бомбами подожжены: адмкорпус, общежитие, склады, клуб. Корпус тюрьмы был пробит артиллерийским снарядом». С первыми снарядами, посыпавшимися на город, Шафоростов был уже на работе. Весь имевшийся состав был собран по тревоге, затем от начальника управления НКГБ Шафоростов получил указание организовать оборону здания и ждать дальнейших распоряжений. Не дождавшись подкреплений и «ценных указаний» и понимая, что оборону не удержать, Шафоростов приказал личному составу выбираться из здания тюрьмы и отступать. Таким образом, внутренняя документация заведения также досталась немцам. Они же и выпустили заключенных, которые устроили позднее погромы на городских улицах. Впрочем, ситуация в Бресте и попытки воинских частей организовать сопротивление немцам требует отдельной публикации.

Кроме уже известных материалов партийных и военных органов, а также спецслужб немцам в качестве трофеев в городе достались огромные запасы материальных средств. Но, об этом в следующем материале.

По материалам воспоминаний Л.М. Сандалова «Боевые действия войск 4-й армии в начальный период Великой Отечественной войны», книг И.Б. Мощанского «Трагедия Брестской крепости Антология подвига 22 июня — 23 июля 1941 года», Р. Алиева «Брестская крепость», сборника «Брест. Лето 1941 г. Документы. Материалы. Фотографии», газеты «Брестский курьер от 05.12.2013.

Фото с интернет-портала «Русский фортификационный сайт. Брестская крепость».

Источник информации: Виртуальный Брест. Автор: Никита Стриж.

Теги: ,

----------------------
Поделитесь новостью с друзьями:

Интересные записи по теме:

Написать ответ

Прикрепить изображение (до 2Мб)