Реклама в транспорте Прямая почтовая реклама Реклама ВКонтакте
Сен 22

8 мая 2015 года исполнилось 50 лет со дня присвоения Брестской крепости звания «Крепость-герой». Это высокое звание – результат исключительного мужества и стойкости гарнизона, защищавшего крепость в июне-июле 1941 года, а также огромного многолетнего труда писателя-фронтовика Сергея Сергеевича Смирнова, который рассказал в своих книгах о подвиге защитников крепости.

Майор Гаврилов. Брестская крепость

Гаврилов П.М. 1960-е гг

Совсем скоро, 26 сентября, исполнится 100 лет со дня рождения писателя.

Впервые Сергей Смирнов приехал в Брест в 1954 году и, как позже сам признавался, буквально «заболел» темой обороны Брестской крепости. Десять лет он по крупицам собирал документы, по всей стране разыскивал оставшихся в живых защитников крепости, устанавливал имена погибших. Постепенно работа Сергея Сергеевича Смирнова перестала быть просто сбором материала и превратилась в процесс помощи найденным участникам обороны крепости. Ведь многие из них прошли через фашистские лагеря, их считали не выполнившими свой долг перед Родиной. На защиту героев крепости стал Смирнов. Главным результатом работы писателя стала документальная повесть «Брестская крепость», в которой подробно описаны события обороны крепости и судьбы её защитников.

Несколько глав книги посвящены майору Петру Михайловичу Гаврилову – командиру Восточного форта крепости. Но выяснить его имя и собрать информацию о нём писателю Смирнову удалось не сразу.

Майор Гаврилов. Защитник Брестской крепости

В одном из разделов книги «Брестская крепость» С.С. Смирнов пишет: «Я рассказывал уже о том, как весной 1942 года на одном из участков фронта в районе Орла было захвачено донесение, составленное штабом 45-й пехотной дивизии немцев, в котором подробно сообщалось об обороне Брестской крепости. Когда копия этого донесения попала мне в руки, я увидел, что в нем особенно много внимания уделяется боям за какое-то крепостное укрепление, которое авторы документа называют Восточным фортом. Судя по описанию, шла исключительно упорная борьба за этот форт и его гарнизон оказывал врагу поистине героическое сопротивление».

Во время своей первой поездки в Брест осенью 1954 года Сергей Смирнов не смог найти никого из защитников Восточного форта. В феврале 1955 года он снова побывал на Брестчине и в районном центре Жабинка обнаружил бывшего лейтенанта 125-го стрелкового полка Я.И. Коломийца, который сражался в гарнизоне Восточного форта. Сергей Смирнов привез его в крепость, где Яков Иванович, показывая всё на месте, подробно рассказал о боях за форт. Он много говорил о командире обороны Восточного форта, но, к сожалению, не мог вспомнить его фамилию. К тому времени у писателя Смирнова уже был небольшой список командиров, составленный по рассказам участников боёв. В книге «Брестская крепость» Сергей Смирнов вспоминает: «Когда я дошел до фамилии бывшего командира 44-го стрелкового полка майора Гаврилова, Коломиец встрепенулся и уверенно сказал, что оборону Восточного форта возглавлял майор Гаврилов».

Однако в первых списках Сергея Смирнова с фамилиями защитников крепости Гаврилов значился как погибший в первый день войны. Сообщение Якова Ивановича опровергало эту версию. Гаврилов не погиб. Получалось, что он и был тем самым майором из Восточного форта, о котором говорилось в немецком донесении.

Писатель знал, что 44-й стрелковый полк входил в состав 42-й стрелковой дивизии. Он обратился в Генеральный штаб с просьбой проверить, не сохранились ли какие-либо старые списки командного состава этой дивизии. В одном из таких списков удалось найти краткие сведения о майоре Гаврилове. Выяснив адрес, Сергей Смирнов написал ему письмо: «Я рассказывал, как мне пришлось искать его, писал, что по моему мнению, там, в Брестской крепости, он совершил подвиг выдающегося героизма, и я верю – недалеко то время, когда народ узнает об этом и Родина по достоинству оценит мужество и самоотверженность героя».

Через две недели состоялась их встреча. Беседа продлилась несколько дней. Гаврилов подробно рассказал о своей жизни.

Родился в 1900 году, по происхождению – татарин. В 1918 году добровольно вступил в ряды Красной Армии. К 1939 году за его плечами уже была Академия имени Фрунзе, звание майора. Ему поручили формирование 44-го стрелкового полка, с которым он прошел Советско-финляндскую войну. За два месяца до начала Великой Отечественной войны полк Гаврилова перевели в Брестскую крепость, где в одном из домов комсостава поселился с семьёй и командир полка.

Майор Гаврилов. Защитник Брестской крепости

К тому времени майор Гаврилов прошел большую школу армейской службы, был опытным командиром, хорошо понимал напряжённую обстановку, сложившуюся на границе. Рассвет 22 июня 1941 года он встретил в крепости.

«Никогда не забыть мне 22 июня 1941 года, — вспоминал Пётр Михайлович. – Разбуженный на рассвете артиллерийской канонадой, я вскочил с постели и глянул в окно. Брестская крепость пылала в огне. Вдруг раздался оглушительный взрыв. В квартире вылетели рамы и двери, посыпалась штукатурка. Оказывается, в соседний дом угодила вражеская бомба. Десятилетний сынишка и больная жена прижались ко мне, ища защиты. «Немедленно спускайтесь в подвал», — сказал я им, а сам побежал в штаб полка…».

Кругом рвались снаряды и бомбы. Собрав группу бойцов, майор Гаврилов попытался вывести их из крепости через Северные ворота, но было уже поздно: фашисты окружили крепость плотным кольцом. Поблизости располагался Восточный форт, где собрались бойцы разных подразделений. Оказавшись в укреплении и оценив обстановку, Пётр Михайлович принимает решение возглавить оборону Восточного форта.

По приказу майора Гаврилова личный состав защитников был разбит на роты, назначены командиры, каждая рота получила участок обороны и сектор обстрела. Были созданы штаб обороны, импровизированный госпиталь, на плечи майора легла забота о раненых, женщинах и детях.

За короткое время Восточный форт был превращён в неприступный узел сопротивления. Противник об этом участке обороны в своем донесении писал: «…К нему нельзя было подступиться имея только пехотные средства, так как превосходно организованный ружейный и пулемётный огонь из глубокого окопа с многочисленными капонирами и подковообразного двора скашивал каждого приближающегося…».

Боевая обстановка с каждым днём усложнялась. Многие защитники форта погибли, оставшиеся в живых испытывали острый голод и жажду. Но самые большие потери в форту были после штурма, который фашисты провели 29 июня 1941 года. При этом были захвачены в плен немногие оставшиеся в живых командиры и бойцы, в основном раненые или контуженные. Фашисты тщательно обыскали помещения форта, но им так и не удалось обнаружить руководителя обороны.

Майор Гаврилов и небольшая группа бойцов укрывались в отдалённых казематах укрепления и продолжали борьбу до 12 июля. При попытке прорыва бойцы погибли, майору Гаврилову удалось добежать до капонира на Кобринском укреплении. Вот как описывает события Сергей Смирнов в книге «Брестская крепость»:

«…Гаврилов не помнит, как он пробежал линию постов… Он бежал изо всех сил, сжимая в руках вторую гранату и пистолет, бежал не чуя под собой ног и слышал за спиной крики, выстрелы и топот сапог. …Ночь была непроглядно тёмной и он почти наткнулся на стену. Это была кирпичная стена одного из казематов внешнего вала крепости. Он нащупал дверь и вошел внутрь. Целый час он ходил по пустому помещению, ощупывая осклизлые стены, пока наконец догадался, где находится. Здесь перед войной были конюшни его полковых артиллеристов. Теперь он понял, что попал на северо-западный участок крепости…».

Сил у майора Гаврилова почти не осталось, он лежал в полузабытьи. Вот как вспоминал об этом сам Пётр Михайлович уже после войны: «…У меня было два пистолета и пять гранат… Однажды очнулся от громких голосов. Гитлеровцы громко разговаривали и шли прямо в мой каземат. «Нет, думаю, не возьмёте, гады!». Собрав остаток сил, приподнялся на локте и нажал на спусковой крючок. Фашисты с воплями отбежали. Не помню, сколько времени продолжался бой. Помню только, что гитлеровцы кричали: «Рус, сдавайс!» и пытались приблизиться. Тогда я метнул в них две гранаты. Когда в обойме пистолета оставалось всего три патрона, внезапно раздался страшный грохот, по глазам полоснуло пламя, и я потерял сознание».

Это произошло 23 июля 1941 года, то есть на тридцать второй день войны. Военнопленный врач лагеря в Южном городке Н.И. Воронович вспоминал, в каком состоянии был П.М. Гаврилов, когда фашисты доставили его в лагерь: «Пленный майор был в полной командирской форме, но вся одежда его превратилась в лохмотья, лицо было покрыто пороховой копотью и пылью и обросло бородой. Он был ранен, находился в бессознательном состоянии и выглядел истощенным до крайности. Это был в полном смысле слова скелет, обтянутый кожей…». Врачи в лагере выходили майора Гаврилова, устроили работать на лагерную кухню, где Пётр Михайлович смог немного восстановить силы.

Из Южного городка Гаврилов был увезен в Германию, где находился в лагерях Хаммельбург и Регенсбург. В мае 1945 года был освобождён из плена. После спецпроверки был восстановлен в звании майора и продолжил службу на Дальнем Востоке в качестве заместителя начальника лагеря для японских военнопленных. Но все эти годы, после возвращения из плена, он так и не был восстановлен в рядах партии. Гаврилов поднимал этот вопрос, но безрезультатно.

Когда об этом узнал С.С. Смирнов, он тут же пообещал помочь. Сергей Сергеевич обратился в комитет партийного контроля при ЦК КПСС и рассказал все, что знал о майоре Гаврилове. Писатель отправил письма всем, чьи воспоминания о Петре Михайловиче он записывал, с просьбой прислать свои заверенные печатью свидетельства об его участии в обороне крепости. На заседании партийной комиссии, где рассматривалось дело майора Гаврилова, вместе с Петром Михайловичем присутствовал и С.С. Смирнов. В квартире писателя в Москве Гаврилов жил некоторое время, ожидая решения Партийной комиссии. Сергей Смирнов первым узнал о восстановлении Гаврилова в партии и запомнил, как он отреагировал на это известие: «…И тогда я увидел, как этот пожилой, 56-летний человек вдруг, словно мальчишка, принялся отплясывать какой-то диковатый, ликующий танец…». Спустя месяц писатель Смирнов получил от Гаврилова радостное письмо. В нём Пётр Михайлович сообщал, что ему вручили партийный билет.

Смирнов С.С. и Гаврилов П.М. играют в шахматы

Смирнов С.С. и Гаврилов П.М. играют в шахматы

3 января 1957 года Указом Президиума Верховного Совета СССР за образцовое выполнение воинского долга при обороне Брестской крепости в 1941 г. и проявленное при этом мужество и отвагу Петру Михайловичу было присвоено звание Героя Советского Союза.

Брестская крепость навсегда объединила судьбы майора Гаврилова и писателя Смирнова. Дружбу, которая возникла между ними во время первой встречи, они пронесли через многие годы.

Сергей Сергеевич Смирнов ушёл из жизни в 1976 году, а спустя три года, в 1979-м, не стало Петра Михайловича Гаврилова.

Сделать всё возможное для сохранения и укрепления мира – в этом фронтовики видели цель своей жизни. И где бы они ни выступали, главной темой была тема защиты мира.

Недаром говорят, что новая война начинается тогда, когда люди забывают уроки прошлого. Память о войне должна жить. Жить в судьбах тех, кто погиб, защищая Родину, тех, кто в сражениях добыл Победу. Деятельность Сергея Сергеевича Смирнова продемонстрировала острую необходимость поисковой работы для миллионов людей, потерявших на войне своих близких, а также для тех, кто воевал ради мира и был незаслуженно забыт в послевоенные годы.

Дело Смирнова продолжает сегодня коллектив мемориального комплекса «Брестская крепость-герой». Задача всех послевоенных поколений – вернуть истории новые судьбы и имена. Благодаря поисковой работе эти люди уже не останутся для потомков неизвестными, а для родных – не вернувшимися с войны.

Источник информации: Адёна ГОЛЬМАНТ, младший научный сотрудник ГУ «Мемориальный комплекс «Брестская крепость-герой»/ «Заря».

Теги: ,
Просмотров:
----------------------
Понравилась статья? Поделитесь с друзьями:

Интересные записи по теме:

Комментарии

Прикрепить изображение